«А теперь подними голову и вдохни глубоко-глубоко.
Не смей реветь. Найди на небе звезду и поговори с ней.
Это полезно и для тебя, и для звезды.
Скажи ей, что ты счастливый человек.
Ведь у тебя есть те, кого ты любишь.
Пообещай той звезде, что больше не будешь откладывать главное на потом, не будешь говорить себе «успею».
Ты не успеешь. Люди никогда не успевают рассказать друг другу о своей любви» 
«У каждого из нас есть такой вот никому не видимый ребенок - впридачу к тем нашим, кто нам дороже всего. Этот ребенок самый тихий, самый застенчивый и самый несчастный. Ему достается от нас меньше всего ласки и тепла. И его чаще всего обижают. Этот ребенок иногда безутешно плачет в нашей душе, и тогда мы начинаем метаться, мычать от боли сквозь стиснутые зубы, сжимать голову руками и чувствовать, как мучительно тяжело и несправедливо устроена жизнь»
«Господи, как же все сложно. Пока была маленькой, думала: ну, если сейчас не понимаю, - вырасту и пойму... Но годы, как теннисные мячики, пущенные неумелой рукой, один за другим вылетают за контрольную линию - прямо в вечность, и мне по-прежнему ничегошеньки неясно. Вопросов становится все больше, и они, в основном, такие противные, а ответов на них чаще всего просто нет»
«У тебя есть враги? У меня много. Я здесь живу, почти как в Африке». Никогда не дружи с холодильником. Ночью он вдруг начинает рычать и даже иногда подпрыгивать. Посмотри, как быстро он захлопывается! А однажды мне хвост прищемил. Я этот холодильник потом расцарапал и с тех пор его ненавижу. Я вообще-то очень мстительный»
«Когда-то он решил от них уйти. Собрал чемодан и переехал к той - у него Аня тогда была. А потом через три дня вернулся. «Быстро поднятое упавшим не считается», - с детской запальчивостью объяснил ей, раскладывая вещи по полкам»
«Измена. Она была ужасна своей неуловимостью, незаметностью, неопределенностью. Ее не было нигде, и она была повсюду. Ею было пропитано пространство, в котором Катя жила, в котором она дышала. И Катя задыхалась. По ночам ей снились сны, что какое-то существо - страшное, мохнатое, с липкими щупальцами, сидит у нее на груди и улыбается»
«Измена. Она была ужасна своей неуловимостью, незаметностью, неопределенностью. Ее не было нигде, и она была повсюду. Ею было пропитано пространство, в котором Катя жила, в котором она дышала. И Катя задыхалась. По ночам ей снились сны, что какое-то существо - страшное, мохнатое, с липкими щупальцами, сидит у нее на груди и улыбается»